Сирийские мистики о любви, страхе, гневе и радости

От авторов популярного платного подкаста Arzamas «Отвечают сирийские мистики» Ответы на актуальные жизненные вопросы в философии сирийских мистиков — христианских мудрецов, живших на Ближнем Востоке более тысячи лет назад Природа зла, любовь к ближнему, чувство вины, выгорание, реакция на критику, страх, успех, радость и другие темы для осмысления Книга написана авторами популярного подкаста Arzamas «Отвечают сирийские мистики» Максимом Калининым (филолог, переводчик, старший преподаватель Института классического Востока и античности Высшей школы экономики, шеф-редактор АНО «Познание») и Филиппом Дзядко (писатель, филолог, автор романа «Радио Мартын», сооснователь и бывший главный редактор просветительских проектов Arzamas и «Гусьгусь»). Книга построена в форме диалога и разделена на главы, в которых рассмотрены такие важные темы, как природа зла, любовь к ближнему, чувство вины, выгорание, критика, страх, успех, радость. На протяжении человеческой истории всегда были периоды, когда миллионы людей теряли опору и надежду. Подобной эпохой для многих народов стал VII век. Империи, представлявшиеся вечными, оказались бессильны перед арабским нашествием. Разрушение устоявшихся веками общественных отношений, стремительная смена власти, религии, языка на территориях, занимаемых Халифатом, заставляли людей поверить в то, что конец света близок. Как найти смысл в мире, где твоя вера терпит поражение? Можно ли обрести любовь в обществе, где глаза у всех наполнены усталостью, а ум — тревогой? Как ни странно, именно тогда появились люди, которые не только утверждали, что в основе мира лежит любовь, но находили способы ее обрести в эти трудные времена. Эти люди — сирийские мистики. Их мудрость помогает найти ответы на сложные вопросы, которыми мы часто задаемся сегодня. Цитаты: "Я боялась, что всё привычным способом будет переведено на «современный» язык, на котором круг поэтов Мецената будет называться «тусовкой» или «междусобойчиком». И уже с первой беседы стало понятно: невероятный проект удался! И дальше я не могла оторваться от этих бесед, как великое множество слушателей подкаста. Быстро выяснилось, что древним затворникам есть что сказать человеку из современной обыденности! Больше того: на некоторые наши вопросы, видимо, нам никто, кроме них, и не ответит. Точнее: не ответит так, чтобы нас это удивило, увлекло и обрадовало — и открыло вид на нечто совершенно новое. Унылых тупиковых ответов мы слышали множество и сами себе их умеем давать. В унылый ответ, в заведомо невыполнимое предписание можно превратить даже заповедь о любви к ближнему (когда речь идет о тяжелых для нас людях)." "Если попытаться уловить то, что практически стоит за всеми этими вопросами, я бы назвала это «что-то» так: «Можно ли освободиться от какого-то несчастья, в котором мы себя чувствуем запертыми? И как?» Ответы мистиков открывают неожиданную перспективу освобождения. Христианская весть звучит в них — со всей свежестью — как весть радостная, весть о свободе, как объявление (говоря библейскими словами) выхода, вывода пленников из тюремного мрака и тесноты на простор. Признаемся, что мы от этого отвыкли. Мы не верим, что такое возможно, просто потому, что мир таков, а мы — «всего лишь люди». Мы отвыкли от того, что возможен антропологический оптимизм. Мистики знали о человеке что-то другое." Ольга Седакова "Расцвет сирийского мистицизма — это VII–VIII века, но традиция эта продолжалась и дальше: мы можем проследить череду авторов, передававших знания от учителя к ученику или хотя бы имевших последователей, как минимум до начала XI века. А идеи мистиков активно использовались богословами Церкви Востока (и не только ими) вплоть до начала XIV века. Это была эпоха так называемого сирийского ренессанса, и ученое монашество пыталось обобщить опыт тысячелетней традиции, к которой оно принадлежало." "Есть созвучная сирийским мистикам мысль о создании внутренней защитной ограды. Ты не выходишь за нее, чтобы сохранить внутреннюю тишину, с помощью этого отражения себя в других людях высаживаешь свой куст жимолости, и сам становишься им в какой-то степени. Человек постепенно растворяется в этом мире, и его движущей силой оказывается сострадание и жалость к миру. Эта сила может быть разрушительной и мучительной, но если ты знаешь, как с ней себя вести, то она помогает двигаться вперед." Максим Калинин, Филипп Дзядко Особенности Обложка матовая с выборочным лаком, глубокие клапаны 120 мм, бумага на блок – тонированная пухлая Монди 60 г